Главная » История » Загадка на амфоре (история возникновения шашек)

Загадка на амфоре (история возникновения шашек)

С укреплением Египта заметно росло его влияние и на близлежащие страны. Причем многие достижения египтян в области науки, искусства и быта становились со временем и достояниями соседей.Шкатулка с египетскими шашками (сенет) В результате раскопок на греческом острове Крит в Эгейском море выяснилось, что там еще в III—II тысячелетии до н.э. образовалось первое в Европе государство и значительного развития достигла культура. Любопытно, что среди множества предметов, свидетельствовавших о торговле Крита с Египтом и даже с Вавилоном, был обнаружен и игральный комплект. Но, судя по описанию, на доске не было характерных линий и клеток: четыре небольших круга и четыре побольше на одной стороне, а на противоположной — десять кругов средней величины. Особо бросалось в глаза разноцветье использованных материалов: слоновая кость, горный хрусталь, лазурь… По свидетельству историка И.Котца, поместившего специальную статью в энциклопедии «Хандбух Биль-гера», на Крите найден также игральный ящик из слоновой кости, на верхней стороне которого помещена клетчатая доска (шашечница). Были на этот раз здесь и круглые плоские шашки из того же ценного материала. Ученый отмечал:

«Все признаки отсылают это произведение искусства к середине героического гомеровского века, то есть примерно к 1200 году до н. э., а вместе с тем указывают на Египет, который в то время имел живое общение с Кипром и Грецией. Находка — свидетель глубокой древности игр за доской вообще, но не шахматной игры»

Вслед за Критом развивалась и связанная с ним культура на Балканском полуострове. И если на Востоке общественным идеалом были постоянство, покорность и услужливость, то у греков — независимость, свобода и стремление к высшим достижениям во всех областях жизни. Сложившаяся в обществе атмосфера способствовала совершенствованию людей и развитию своеобразной духовной культуры, следствием чего был расцвет философии, истории, поэзии и искусства. А одним из отличительных качеств свободного гражданина в античном мире стало обладание досугом. Из дошедших до нас свидетельств древних философов и писателей мы узнаем, насколько популярными стали различные спортивные состязания — Олимпийские игры; соревновались между собой музыканты, поэты и аргонавты… Широкое распространение получают всевозможные настольные игры. Одни из них были связаны с игральными костьми (например, кюбейя), а другие были строго логическими играми (петтейя, полис). Первым упоминанием о игре чистого расчета «песеои» (производное от петтеи) можно считать «Одиссею» Гомера — в том месте, где речь идет о претендентах на руку Пенелопы. К сожалению, в русском переводе этого и других произведений античных авторов нередко сию игру называли игрой в кости, что, конечно же, не способствовало объективному восприятию истории игр. Обе гомеровские поэмы «Иллиада» и «Одиссея» связаны, как известно, с троянским циклом сказаний, повествующих о великом походе греков на малоазийский город Трою, войне с его жителями и взятии его после десяти лет осады. Но сам автор выступает против войн, люди на войне у него даже объявляются пешками в руках богов (на сей раз в перевод проник термин из шахмат, которых тогда еще не было). Именно в Греции в начале V века до н.э. было положено начало исторической науке. Труды «отца истории» Геродота стали важнейшим источником наших знаний о древней истории стран Востока, Греции, народов, населявших юг нашей страны. Встречались у него и краткие сведения о бытовавших там играх. Могут ли шашки помочь в борьбе с голодом? Оказывается, могут. Геродот вспоминает один случай из жизни обитателей Малой Азии — лидийцев, часть которых переселилась позднее в Италию.

«Как сообщают лидийцы, во времена Атиса, сына Мана, во всей Лидии царил страшный голод. Некоторое время люди выжидали спокойно, но так как голоду не было конца, стали искать способ себе помочь. Тогда-то они изобрели игру в биты, кости, в мяч и все другие игры, кроме игры в шашки, так как ее изобретение лидийцы себе не приписывали. Этими играми они старались прогнать голод. Один день они играли, чтобы не чувствовать голода, другой кое-что ели и не играли»

Как видим, лидийцы уже знали игральную доску, видимо, от греков. Те же в свою очередь считали изобретателем игры полумифического героя Троянской войны Паламеда. Решив как-то развлечь своих воинов во время долгой осады Трои, он предложил им сыграть в неизвестную дотоле игру. Кстати, Паламеду приписывали также и изобретение древнегреческого алфавита и цифр. Что же нам известно о самом Паламеде, изобретателе греческих шашек? Реальная или вымышленная эта фигура? Вот что по этому поводу замечает Флавий Филострат, плодовитый греческий литератор, живший в Римской империи в II—III вв. н. э.

«Что Паламед был под Троей верно, как то, что была Троя. Но поскольку сей мудрейший и храбрейший муж погиб из-за происков Одиссея, Гомер не включает его в свое повествование, дабы не воспевать постыдное деяние Одиссея. И оплакал Ахилл Паламеда — высочайшего и прекраснейшего, юнейшего и храбрейшего, всех превзошедшего разумением и частого советчика муз»

Не соглашаясь с этой версией, Платон приводит высказывание своего учителя Сократа о том, что игру петтейя принес людям египетский бог Тот. Это означало, что корни самой игры надо искать в Египте. И безусловно прав знаток игр Д.И.Саргин, утверждающий:

«Ни одной сколько-нибудь распространенной игры не было изобретено сразу, и она должна была бы пройти сквозь горнило различных поправок и улучшений»

Так и греческие шашки (петтейя, пессои, полис) не появились внезапно, сразу, а скорее они результат творчества многих народов. Сохранились имена игроков, чье искусство игры среди эллинов было непревзойденным — это Диадор из Мегалополиса, Леон и Теодор из Митилены. Причем непобедимый Леон запомнился согражданам и своим благородством. Увидев однажды, как богач издевался над своим рабом, он решил облегчить участь несчастного. Но как это сделать? И Леон вызвал хозяина на поединок в петтейю, запросив в случае победы жизнь раба. Совсем немного времени понадобилось Леону, чтоб выиграть эту партию, а с нею и свободу раба, с которого сразу же сняли кандалы. Достигнув к V веку до н. э. наивысшего расцвета, эллинское искусство и, в частности, живопись, многое в своих сюжетах черпало в древних мифах и песнях. Ничего удивительного, что на сохранившейся чудом до наших дней прекрасной амфоре оказался изображенным драматический момент поединка между героями Троянской войны Ахиллом и Аяксом. Правда, среди ученых до сих пор нет полного единства во мнении, какую же игру пытался запечатлеть знаменитый греческий художник Эксекий. Как отмечал Д.И.Саргин, воины увлечены какой-то игрой чистого расчета, на это указывают их руки, протянутые к доске, и позы, изображающие раздумье и внимание. К тому же можно различить игровые фишки (или шашки), которые должны передвигаться по доске. Однако почему-то принято говорить, что Ахилл и Аякс играют в кости. Французский историк Бек-де-Фукьер, воспроизводя снимок с одной из таких ваз (а их с этим сюжетом было немало), сумел расшифровать надпись на ней: четыре шашки Ахилла, три шашки Аякса. Интересно, что полемика между искусствоведами продолжается и в наше время. Иллюстрация с этой вазы вошла в оба издания монографии «Искусство Древнего Востока» (под редакцией Колпинского). И если в первом из них в подписи к рисунку значилась игра в кости, то в последнем — игра в шашки. Раз мифические герои коротали досуг за игральной доской, то реальные полководцы за игрой, вероятно, продумывали новые планы будущих сражений. Когда в 331 году до н.э. юный царь Македонии Александр, заслуживший эпитет Великий, ниспроверг державу персов и победоносно прошел весь Ближний Восток, он стал владыкой большей части известного ему мира. При этом многие традиции быта, включая игры, также широко распространились за пределы Греции. Судя по дошедшим до нас сведениям, сам Александр нередко и с большим азартом предавался игре. Сообщая об этой вредной на его взгляд привычке, великий французский философ XVI века Монтень в «Опытах» замечал:

«Разве не могу я составить себе мнение об Александре на основании того, как ведет он себя за столом, как беседует и пьет или как он играет в шахматы? (Разумеется, здесь следует говорить об одном из видов греческих шашек. — В. Г.) Каких только струн души не затрагивала эта пустая детская забава? .. Посмотрите, как наша душа придает этой смешной забаве значение и смысл, как напрягаются все наши нервы и как благодаря этому она дает возможность любому человеку познать себя самого и непосредственно судить о себе. Какие только страсти не возбуждаются при этой игре!..»

Правда, к его оценке игры следовало бы отнестись с известной долей осторожности. Как признавался Монтень, в играх, требующих сообразительности, включая шахматы и шашки, он способен усвоить лишь самое основное: «Я воспринимаю медленно и неотчетливо, но если все же удалось что-нибудь уловить, я удерживаю воспринятое во всей его полноте, постигнув его всесторонне, точно и глубоко, пока оно удерживается во мне». Как же выглядели настольные игры, которыми увлекались греки всех сословий? С высокой достоверностью о них удается судить по крайне редким археологическим находкам да литературным источникам, которых сохранилось больше. Описывая красивую терракотовую статуэтку, найденную в Афинах, историк Г.Блюмнер в 1885 году одновременно отметил и особенности доски:

«Эту игру иллюстрирует терракотовая группа из Афин, на которой изображены юноша и женщина, играющие в присутствии зрителей. Вид доски дан сверху: двенадцать плоских и круглых фигур неравномерно расположены на доске, состоящей из 42 квадратных клеток. Ни в очертаниях доски, ни в расположении фишек нельзя однако быть вполне уверенными»

После ознакомления с изображением упомянутой греческой статуэтки Д.И.Саргин также согласился, что доска и расположение шашек на ней исполнены небрежно. Некоторые шашки стоят на линиях и перекрестках, а некоторые попали посредине клеток. Несомненно, художник ошибся и отнесся к воспроизведению доски не совсем внимательно, но в ней сохранены главнейшие признаки, по которым и доску, и употребление ее в игре восстановить можно. Линии проведены до конца доски, чего не было бы в случае игры на клетках. От одного игрока к другому идут восемь линий, а между ними лишь семь. Это наверняка небрежность, и их тоже должно быть восемь. Если это предположение верно, то перед нами доска с 64 полями (пунктами) для шашек. При этом Саргин оспаривал мнение Фалькенера, сближавшего петтейю и латрункули с игрой древних египтян. На его взгляд различия между петтейей и игрой римлян были значительными. Так уж вышло, что из-за слишком вольного обращения скульптора с избранной темой нам так и не удается до конца раскрыть детали самой игры. Предприняв попытку реконструкции доски, видный историк шашек А.И.Куличихин показал способ приведения ее к обычной клеточной доске 8×8 с соответствующим удвоением числа шашек у каждой стороны (по 12). И все же вопрос о шашечнице остается открытым. Если же обратиться к произведениям античных авторов, то мы сможем найти там описание не только отдельных правил игры, но и наиболее характерных приемов, ведущих к победе. Правила игры в петтейю (или полис, как позднее называли эту игру) сводились, по мнению Юлия Поллукса (автора «Ономастикона»), к проведению своих шашек через всю доску в «город». При этом неприятельскую шашку можно снять с доски, если ее удастся окружить двумя своими шашками. Вот почему вышедшая далеко вперед шашка могла быть легко уничтожена. Не это ли свойство игры позволило Аристотелю дать образное сравнение, что греков, изгнанных из города, ждут большие неприятности подобно тем, которые ожидают незащищенные фишки в игре с пессоями. Позднее великий немецкий поэт Гёте также прибег к подобной метафоре:

«Смелые мысли играют роль передовых шашек в игре, они гибнут, но обеспечивают победу»

Среди различных приемов игры Поллукс наряду с охватом упоминает и запирание, которое состоит в лишении неприятельской шашки ходов. Об этом хорошо был осведомлен и Платон, сравнивавший неудачливых спорщиков с неопытными игроками в петтейю, которые оказываются запертыми более сильным противником. В то время, как доска для петтейи (полиса) имела поля, образованные пересечением линий, сами шашки, называемые иногда «собаками», двигались в ортогональном направлении. Наряду с клеточными досками получили распространение у греков и доски с линиями (граммисмос, пентаграмма — 5 линий). Вплоть до середины прошлого века ошибочно считалось, что Паламеду принадлежит честь открытия шахмат. Кстати, во Франции издавался журнал с таким названием. Но заслуживают внимания и другие попытки установить обстоятельства происхождения игры на клетчатой доске. По мнению безымянного автора «Трактата об игре в шахматы», заслуга изобретения игры принадлежит философу Ксересу, жившему в древнем Вавилоне при царе Эвимерадахе. Группа наиболее мудрых советников этого царя, при котором в стране процветали жестокость, алчность и распущенность, обратилась к Ксересу с просьбой изыскать средство, способствующее смягчению нравов и облагораживанию характера самого повелителя и его подданных. Но если учесть, что теперь установлена более точная дата и место появления шахмат, то упомянутая легенда, скорее всего, относится к появлению игры типа нард.

Журнал «Шашки», 1989-3,4
В.Голосуев, мастер спорта